Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве


В редакцию позвонила старушка, долго плакала в телефонную трубку. Остались они с мужем на старости лет одни. Муж перенес инсульт, и теперь 85-летняя жена должна за ним ухаживать, а она сама еле ходит. «Что нам делать?» – пыталась добиться решения своей проблемы от газеты жительница Риги. Наверное, самое лучшее в такой ситуации – искать место в пансионате.

Испокон веку домов призрения, или домов престарелых, принято бояться. Пока ноги носят и голова соображает, лучше всего жить самостоятельно в собственной квартире. Когда уже не будет сил за собой ухаживать, тогда спору нет – доживать свой век лучше в родных стенах в окружении заботливых детей и внуков. Но жизнь есть жизнь, и в ней бывает всякое. Особенно в современной жизни жителей Латвии.

В нашей стране так заведено, что государство содержит пансионаты для незрячих людей с I и II группой инвалидности, детей-сирот до двухлетнего возраста, детей с тяжелой инвалидностью с 4 до 18 лет и для взрослых людей с тяжелыми психическими заболеваниями.

За детей-сирот с 2 до 18 лет, стариков и взрослых инвалидов отвечают самоуправления. Есть еще частные пансионаты для пожилых людей.

Важно, что во всех предприятиях самоуправления, не говоря уж о частных пансионатах, проживание и услуги платные. Однако оплачиваются эти услуги по-разному.

Центры социального ухода Риги

Если житель Риги пенсионного возраста или с инвалидностью I либо II группы не в состоянии себя обслуживать сам, социальная служба оценивает, можно ли обеспечить ему уход на дому. Это могут быть услуги ассистента, помощь социального работника в уборке дома и личной гигиене, доставка горячего обеда на дом, кнопка безопасности. Если человек настолько немощен, что ему более 35 часов в неделю требуется посторонний уход, тогда социальная служба должна определить его в пансионат. И социальный работник подыскивает место в центре длительного социального ухода.

Когда человек попадает в пансионат, то он отдает на свое содержание 90% пенсии, а 10% остается ему «на конфеты». Не всегда пенсии хватает на то, чтобы полностью оплатить свою жизнь в центре долгосрочного ухода. Например, один день в пансионате стоит 13 евро. Это значит, что в месяц содержание одного пенсионера обходится в 390 евро, а пенсия у человека всего 250 евро. Недостающую сумму, независимо от доходов родственников, доплачивает Рижская социальная служба.

Совсем недавно Рижская социальная служба проводила день открытых дверей во всех трех, принадлежащих столичному самоуправлению пансионатах (по-другому они называются «центры длительного социального ухода и социальной реабилитации») – Mežciems, Gaiļezers, Stella Maris. «МК-Латвия» об этом сообщала заранее, поэтому любой, кому в настоящий момент это актуально, мог побывать там лично, посмотреть, как живут постояльцы, и задать администрации интересующие его вопросы.

Другие варианты

Кроме того, есть ряд организаций, которые не принадлежат Рижской думе, но Рижская дума заключает с ними договор на оказание услуг социального ухода и реабилитации рижанам и оплачивает эти услуги. Называются такие организации договорными, и для проживающих в этих пансионатах людей порядок оплаты точно такой же, что был описан выше.

Помимо прочего, Рижская дума еще заключила договоры сотрудничества с центрами социального ухода, принадлежащими самоуправлениям других волостей, или даже с частными пансионатами. Жители Риги могут выбирать любую из имеющихся в списке договоров сотрудничества организаций. Цены на пребывание там разные – от 15 до 23 евро в сутки, но Рижская дума доплачивает до 250 евро в месяц. Если денег на содержание старика в данном пансионате все равно недостаточно, доплатить придется родственникам или любому другому лицу. Например, в одном частном пансионате, с которым Рижская социальная служба тоже заключила договор сотрудничества, стоимость дня доходит до 50 евро. В месяц это 1500 евро. Рига может перечислить пансионату 250 евро в месяц за этого пенсионера, но остальное должен доплатить он сам и/или его родственники.

Все возможные варианты мы приводим в таблице на стр. 28. Смотрите, сравнивайте, звоните по указанным номерам телефонов конкретных пансионатов и задавайте свои вопросы.

Что касается взрослых людей с тяжелыми психическими заболеваниями и незрячих инвалидов I и II групп, то пансионаты для них находятся в ведении Министерства благосостояния. Чтобы получить их услуги, надо обращаться в социальную службу по месту жительства, но решение о содержании такого человека в специальном пансионате принимает Министерство благосостояния.

Есть в Латвии и частные пансионаты, с которыми никаких договоров самоуправления не заключали. Там всю стоимость должны платить сами постояльцы и их родственники. Но в данной статье речь не о них.

Отправляемся в путь

Мы решили побывать в тех заведениях, с которыми Рижская социальная служба заключила договор о доплате 250 евро в месяц за проживание у них пожилых людей, задекларированных на столичной административной территории.

Погожим весенним деньком мы подъехали к серому двухэтажному дому, затерявшемуся далеко на окраине Сигулды. Больше всего он походил на стоящий на отшибе в окружении вековых деревьев латышский хутор, только размерами был больше. Во дворе крепкий мужчина колол дрова и посмотрел на нас взглядом охранника, но ничего не сказал. Мы заранее предупредили о своем приезде директора пансионата и, по-видимому, нас тут ждали.

Мы вошли в дом и поднялись на второй этаж по крутой деревянной лестнице, крашенной коричневой половой краской. В узком холле на всю громкость что-то вещал маленький телевизор, водруженный на шкаф явно из-за нехватки места. Стояли три стула, но зрителей не было. Вправо и влево уходили коридоры веселенькой лососевой окраски с дверями по обе стороны. Галина Григоровича встретила нас в крохотном кабинетике сразу возле лестницы с надписью на двери «Директор». Как позже она рассказала, раньше кабинет у нее был гораздо просторнее, но она уступила его в пользу постояльцев. С ходу берем быка за рога и интересуемся, кто и как может попасть в их пансионат.

Заходите к нам на «огонек»

Галина Григорович рассказывает, что в первую очередь принадлежащий Сигулдскому самоуправлению дом социального ухода «Гайсминяс» рассчитан, конечно же, на зарегистрированных в Сигулде и окрестностях жителей. Причем – на тех, у кого нет взрослых детей, потому что по закону престарелых родителей должны содержать выросшие дети. Никаких сестер, братьев, мужей или жен по закону нельзя заставить платить за помещенного в пансионат человека.

Но допустим, взрослые дети уехали работать в Ирландию. Тут, по словам Галины Григорович, вариантов два: за содержание уже не способных себя обслуживать стариков в пансионате платят или их дети, или самоуправление.

– Редко какой ребенок бросит своих родителей, – убеждена Галина Григоровича. – У нас есть такие случаи, что взрослые дети постояльцев работают за границей. Они заключают договор, привозят маму или папу. Пенсия, которую получает пожилой человек, идет на наш счет, ему остается на руки 10% от пенсии. А разницу между пенсией и недостающей суммой содержания в пансионате доплачивает ребенок.

Второй вариант более грустный – ребенок уехал и забыл о своих родителях, либо он живет здесь же, но у него минимальная зарплата или, того хуже, он спился. Нередко в социальную службу самоуправления звонят неравнодушные соседи и рассказывают, что рядом живет бабушка, совсем брошенная. Социальный работник может приходить к ней домой, приносить лекарство, готовить иногда горячую еду, убирать дом. Если социальный работник решит, что бабушка уже не может сама жить одна, социальная служба ищет, куда ее перевезти. И тогда социальная служба сама и платит.

Бывает, что пожилой человек живет не один, а в семье. Но семья эта малообеспеченная, а у старика уже развилась необратимая старческая деменция. Он может открыть кран горячей воды и забыть его закрыть, или того хуже – повернуть ручку на газовой плите, поджечь свечечку и на ее огне что-то греть. Все эти случаи наша собеседница не придумывает, а рассказывает из жизни. И самое печальное, что никто из нас от этого не застрахован. А как быть детям, которые должны уходить днем на работу и не могут нанять сиделку? В таком случае социальная служба, убедившись, что дети не могут платить, берет в свой пансионат такого старика, его пенсия (90%) идет на их счет и самоуправление доплачивает разницу. Или заключается трехсторонний договор, когда дочка или сын доплачивают, сколько могут, пусть, например, 20 евро.

Однако, обращаясь в социальную службу с просьбой оплатить пребывание старшего члена семьи в пансионате, надо учитывать, что социальный работник придет домой и посмотрит, каково материальное положение семьи.

– Естественно, если я министр и у меня зарплата с пятью нулями, то самоуправление платить за моего родителя не будет. Поэтому социальные работники поверяют все, – говорит Валентина Григорович, – имущество, земли, доходы. Может, у меня три дома, пять дач и что-то я могу продать, чтобы погасить часть стоимости проживания моего родного человека в пансионате?

Но предположим, живут вдвоем два пенсионера и обоим уже под 90 лет, но у них есть дача. Должны ли они ее продать, чтобы переселиться в пансионат? На это наша собеседница отвечает, что самоуправление каждый случай рассматривает индивидуально. Таким старым людям самим уже сложно заниматься продажей недвижимости. В думе любого самоуправления есть юристы, которые могут этим заняться. Человек пишет дарственную, что он передает свою недвижимость самоуправлению, а оно обеспечивает ему место в пансионате. Проблема может быть в том, что если, допустим, это муж сколько с женой, то надо ждать очереди, когда освободится целая комната, чтобы их поселить вместе.

В любом случае обращаться надо в социальную службу своего самоуправления. По закону, она обязана проживающего на своей территории беспомощного человека куда-то определить. Но можно и самому искать место.

Есть ли очереди?

К сожалению, в Латвии очереди есть во все пансионаты для престарелых. По словам Галины Григорович, в конце марта в один день ей звонили родственники сразу пяти человек после инсульта. Известно, что в больнице таких людей держат только 10 дней, а дальше? Тот же пансионат в Сигулде насчитывает всего 30 мест. Другие заведения самоуправлений примерно такие же по величине.

В каждом пансионате существует своя очередь ожидающих места людей. Чтобы в нее попасть, родственники (не важно, где проживает пожилой человек) звонят руководителю и записываются. На сегодня места в пансионате «Гайсминяс» ожидают восемь претендентов. Однако если освобождается место в заведении, принадлежащем самоуправлению, обязанность директора – в первую очередь позвонить в свою социальную службу и сообщить об этом, так как приоритет остается за жителями данного самоуправления.

Сколько это стоит?

В пансионате «Гайсминяс», как и в большинстве принадлежащих самоуправлению подобных центрах социального ухода, сутки пребывания стоят 15 евро.

– В эту сумму входит питание, – поясняет директор заведения. – Мы на месте не готовим, потому что мы очень маленькие. Мы заказываем горячую еду у предприятия «Элви». В эту сумму входят также памперсы и лекарства, которые выписывает семейный врач. Все наши жильцы зарегистрированы у одного семейного врача. Приходят к нам две помощницы семейного врача и раскладывают лекарства по специальным коробочкам, на каждый день. Лекарств у нас много, скажу честно. Вот эта коробочка на завтрак, вот эта на обед, а эта на ужин. Так мы можем контролировать, чтобы все они принимали таблетки вовремя. Витамины и какие-либо пищевые добавки, вроде рыбьего жира – это уже за свой счет. В стоимость проживания включены также услуги парикмахера, помощь в личной гигиене постояльцев, при необходимости поездка к врачу, в больницу. Что-то дополнительное возможно по договоренности. Если родственники хотят и оплачивают, мы возим бабушек даже на массаж в Сигулду.

По информации Литы Брице, руководителя отдела информации жителей департамента благосостояния РД, в 2015 году самоуправление Риги обеспечило финансирование 1371 места в центрах социального ухода (ЦСУ). Из них 829 мест в ЦСУ Рижского городского самоуправления и до 543 мест в договорных организациях. Также были заключены договоры о сотрудничестве с 32 сторонними учреждениями социального ухода, в которых 163 жителя рижского самоуправления пожелали получить услугу.

Всего на проживание пожилых рижан в пансионатах в 2015 году затрачено 7 016 819 евро. На 31 декабря 2015 года в очереди на получение услуг длительного социального ухода в Рижском самоуправлении было зарегистрировано 107 человек.

Всюду жизнь

Мы прошлись с директором по вверенному ей дому. Несмотря на солнечный, правда, прохладный денек, все постояльцы пребывали по своим комнатам. Кто-то вообще не встает с койки. Например, самая старшая жиличка, которой осенью исполнилось ни много ни мало 100 лет. Она обитает здесь дольше всех – с 2005 года. Остальным жильцам от 86 до 96 лет.

В отличие от известных нам по голливудским фильмам тамошних пансионатов для сениоров, где каждый живет в своей комнате, здесь в основном селят людей по двое. По нашим законам, на каждого обитателя подобного заведения должно приходиться не менее шести квадратных метров площади. Поэтому в двух совсем маленьких комнатках было по одному постояльцу. «Счастливчиками» оказались довольно бодрый старичок и бабуля в глубокой стадии деменции, которая лежала, глядя в потолок. Галина Григорович убеждена, что по двое селить людей даже лучше, чтобы они не пребывали постоянно в одиночестве.

Бабушки и дедушки (последних было гораздо меньше) что-то вязали или читали, полулежа на кроватях. Постели были чистыми, в воздухе не пахло ничем неприятным. Я спросила, почему никто не гуляет. Оказалось, никто не хочет, а скорее всего, самочувствие не располагает. На территории есть даже небольшой огород, так сказать, для души, где выращивают много разных овощей. Но ходят на него только энтузиасты грядок. Например, Петерис, с которым мы познакомились. Он умудряется выращивать даже табак для своих самокруток. Он же посадил там ягоды земляники, летом собирает их, еще и бабушек угощает. Бабушек же огород интересует только тогда, когда с него можно надергать зеленого лучка или еще какой зелени.

Кстати, заселение в пансионат вовсе не означает, что в нем придется жить до скончания дней. Кто-то приходит сюда временно, пока его не заберут устроившие свои дела родственники. Если не понравилось, никто не запрещает искать место в другом центре социального ухода и, как только там освободится место или появятся деньги, чтобы платить за повышенный комфорт в частном заведении, переселиться туда. Но почему-то нам показалось, что лучший вариант все же именно небольшие «сельского типа» дома на три-четыре десятка человек. Все-таки обстановка там более домашняя.

– Конечно, мы не можем обеспечить уход за тяжелыми больными, которых надо кормить через зонд, или за теми, у кого отказывают почки и надо делать диализ. Мы не больница, – поясняет Галина Григоровича. – Но мы можем предложить социальный уход и реабилитацию после инсультов-инфарктов, и нередко через полгода человек начинает ходить самостоятельно.

Вариант сотрудничества

В филиал Государственного центра социального ухода «Рига», который располагается в Берги и носит название «Эзеркрасты», мы приехали, когда солнце уже поднялось высоко. Невозможно было не восхититься местом – большое здание из желтого кирпича в стиле 70-х годов прошлого века стоит среди соснового леса на берегу озера Югла. Но на улице тоже никого не было. Причина объяснилась просто – мы попали в предобеденное время.

В отличие от больше напоминающего тихий сельский дом пансионата «Гайсминяс», здесь кипела жизнь. Какие-то люди сновали по просторному вестибюлю первого этажа. В приоткрытой двери одной из комнат мы заметили нечто напоминающее игру в школу – взрослые женщины под руководством преподавателя увлеченно раскрашивали цветными карандашами детские раскраски. Мы заглянули даже в столовую, где довольно аппетитно пахло. В отдалении возле раздаточной в котлах и больших посудинах ждали своего часа салат из моркови и редьки, суп, макароны и мясной соус (весьма актуальное блюдо, потому что у многих постояльцев нет зубов). На столах уже были расставлены стаканы с компотом, а перед дверью ждали посетителей сотрудники пансионата, чтобы помочь им рассаживаться на свои места.

В кабинете руководителя филиала нас встретила его хозяйка – Валентина Мальцане и рассказала, что в отличие от того места, где мы побывали перед этим, их заведение принадлежит не самоуправлению, а государству. И клиенты сюда направляются не через социальную службу города, а от Государственного агентства социальной интеграции. В филиале «Эзеркрасты» на полном государственном обеспечении содержатся взрослые люди любого возраста с тяжелыми психическими нарушениями.

Однако у филиала заключен договор и с Рижской думой о том, что при наличии свободных мест сюда принимают престарелых людей по направлению от социальной службы. Всего таких мест 10, правда, есть немаловажный нюанс. Стоимость пребывания тут составляет 22,34 или 22,77 евро в сутки. А Рижская дума, как рассказывалось выше, доплачивает до 250 евро в месяц. Поэтому, если пенсии или социального пособия (напомним, что 10% пенсии должно оставаться у человека на руках) и доплаты РД не хватает, недостающее должен добавить родственник.

Как говорит Валентина Мальцане, звонков очень много. Если вопрос не стоит так остро, что надо прямо сегодня куда-то определить беспомощного старого человека, то люди записываются у руководителя филиала в очередь и ждут, когда освободится место. На сегодня в очереди числятся пять желающих поместить сюда своих престарелых родственников.

Чем хороши такие большие центры социального ухода, так это тем, что в штате здесь есть специалисты, которые работают с людьми после инсульта: эрготерапевт, физиотерапевт, преподаватели физкультуры. И нередко такие постояльцы на своих ногах уходят домой.

Мы прошлись с Валентной Мальцане по тому крылу на верхнем этаже здания, где размещаются палаты для пожилых постояльцев. Все выглядело вполне достойно и чисто. Бабушки по двое в комнате (почему-то тут мы не увидели дедушек) сидели за придвинутыми к кроватям специальными столиками и ждали обед.

В холле две стеклянные двери вели в комнату отдыха с несколькими креслами и большим телевизором и в физкультурный зал с тренажерами для людей после инсультов и других старческих заболеваний. Все занятия тоже входят в стоимость проживания. Правда, сейчас среди десяти постояльцев ни одного после инсульта нет.

По дороге в редакцию я поймала себя на мысли, что того тягостного настроения, к которому я готовилась, отправляясь утром в поездку, у меня нет. Все оказалось вовсе не так удручающе, как мы представляем себе, думая о домах престарелых. По крайней мере, на первый взгляд.

Ольга КОНТУС,
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Источник: http://www.mklat.lv/obschestvo/32513-skolko-stoit-popast-v-pansionat



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Деньги за первого ребенка в году: сколько
Когда сдавать прибыль в 2018 годуФильмы 2018 военные русские истребители последний бойКуда полететь осенью 2018Что нужно знать на огэ по химии 2018Малыш на драйве 2018 полный фильм


Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве Сколько платят за первого ребенка в 2018 году в москве